Разговор

- Ты, что трахал свою мать?

- Да – опуская глаза от смущения, на столь откровенный вопрос, правдиво произнес Сашка.

- Да ладно тебе врать, она тебе ни за чтобы не дала, во-первых потому что она твоя мать, а во вторых взрослая женщина с малолеткой – попытался усомниться в Сашкином правдивом ответе Петька. Однако из всех рассказов прозвучавших у костра, это был самым правдивым.

- Что так прямо и дала тебе? – не обращая внимание на Петькины сомнения, но уже не со столь подозрительностью переспросил Вовка.

- Ну первый раз, она и не знала, что я её трахнул, а потом уже… - немного с раздражением в голосе произнес Сашка запнувшись, сверкнув глазами по друзьям за их недоверие.

- Давай рассказывай уже – поторопил его Петька.

- Первый раз, это произошло почти год назад. К нам в гости двое мужиков пришли из Черняховки. Вы же помните, как тогда пила моя мать? Посидели они выпили, а потом стали трахать мою мать по очереди. Я и раньше видел и слышал, как её трахают, но в этот раз мать так напилась, что позабыла и про меня, что я в доме с ними нахожусь. Один мужик раздел её догола и трахал её голую при свете, а мне все видно было, куда он ей вставлял, вот и завелся я. Мужики ушли, а мать вне себя пьяная так и осталась лежать на кровати голой, отключилась. Сначала я из чистого любопытства хотел только посмотреть на настоящую бабью пи*ду, а потом желание перебороло потрогать волосатую мягкую. Мать ни как не отреагировала, что я рукой дотронулся до её пи*ды, продолжала крепко спать громко сопя, а я так осмелел, что даже ноги ей по шире раздвинул, чтобы лучше все рассмотреть и потрогать. Вот тут меня и ударила в голову сумасшедшая мысль своим писюном по её пи*де поводить, по ее мягким и горячим волосатым губкам, спустил штаны вместе с трусами и у нее между ног пристроился. Раз провел, сначала легонька, потом посильнее прижал, а самого уже от перевозбуждения трясти начало, на другой раз уже в щель между пухлых половых губок, от куда складки нежные розовые выглядывали головку члена запустил, почувствовал как там приятно тепло и скользко. Сам же посматриваю на лицо матери прислушиваюсь к её дыханию, все без изменения. Так поводил я поводил по её мокрой щели писюном, пока случайно не наткнулся на вход во влагалище, куда её мужики трахали.

- И что засадил, и она даже ни чего не почувствовала? – сглатывая ком спросил Петька.

- Нет, даже глазом не моргнула, член мой как по маслу вошел в неё полностью. Так приятно было, что я даже уже не так осторожен стал, со всего маху засадил ей в приятно обжигающее теплом, влажное влагалище, можно сказать по самые яйца, потом дернулся пару раз, как бы поглубже насаживая и спустил все глубоко во влагалище. Встал с неё, ноги трясутся, и слабость приятная во все теле. Утром сквозь сон слышу, мать на дойку встала, над тазиком подмывается, и ругает мужиков, что они в неё столько спермы напускали, а мужики тут ни причем, я видел, как они вытаскивали и на тряпку кончали, а это моя сперма в ней была.

- Ну и что потом? – уже без малейшего сомнения в голосе завороженный рассказом Сашки спросил Петька.

- Ни чего. Мать так и не догадалась, что я её оттрахал в тот вечер и спустил в неё – спокойно ответил Сашка.

- Ты же говорил, что потом трахал еще её?

- Ну это скорее уже было начало, когда мы с ней начали трахаться.

- Как она уже не спала и знала, что ты её трахаешь?

Сашка не стал больше испытывать наше терпение и не отвечая на вопрос продолжил свой рассказ.

- Это произошло, как раз за день до смерти бабки Нины-самогонщицы, чтоб её черти на том свете жарили. Мать с вечерней дойки пришла как обычно пьяная, не то чтоб на ногах не стояла, но изрядно подпитая. Как обычно сразу помылась, подмылась, облачившись в ночную одежду, поужинали мы с ней, она еще стопку выпила и её повело на свежие дрожжи, да так что даже со стола не стала убирать сразу легла на свою кровать и засопела, а я тем временем вместо неё со стола стал убирать. Убираю, а сам искоса глазом на неё посматриваю, на её ляжки полные обнажившиеся из-под задравшейся ночной рубахи. Я не раз замечал, что мать без трусов всегда спит, поэтому только и ждал когда она зашевелится, чтобы её ночнушка еще выше задралась, обнажила её волосатую пи*ду. Потом не выдержал сам тихонько приподнял ей подол. Волосики волнистые распушились на её лобке, так что даже щель собой скрывали. Только я руку хотел поднести, чтобы дотронуться до пи*ды, мать зашевелилась, я отскочил от неё и как ни в чем не бывало делами занимаюсь. Мать поворочалась, ноги только шире развела, так что её пухлые половые губки разошлись и щель обнажили. Я тогда решил больше не рисковать при свете пи*ду рассматривать, выключил свет, разделся и к матери в кровать лег, пробубнил ей заворочавшейся, что мол с ней спать буду прохладно в хате что-то. Мы иногда спали вместе когда в хате холодно было. Она повернулась на бок ко мне лицом и прижалась, обняв меня, а меня даже передернуло всего от пробежавшего озноба по всему телу, от того что мой член точно к её мягкому лобку прижался. Я тогда и счет времени потерял, только раздался мерное посапывание матери, как я стал тихонечко её на спину переворачивать, даже всю осторожность потерял, не обращая внимание что тело матери такое податливое стало. Перевернул её на спину и даже внимание не обратил, что она сама поудобнее легла, а я уже по ходу между ног расположился её своим телом укрываю, а озноб от таинства еще сильнее стал пробивать. Разум от сильного возбуждения совсем потерял, быстро с себя трусы стянул и трясущейся рукой, окаменевшим членом по горячей и влажной щели между половых губок стал водить отыскивая вход во влагалище, а когда почувствовал, что головка уже вошла в обжигающее приятным теплом влагалище, резко толкнул. На этот раз влагалище у матери поуже было, как раз в аккурат по моему члену. Вогнал насколько положение тел позволяло, только хотел начать трахать, как мать зашевелилась, ноги еще шире развела и согнула их в коленях, так еще удобнее стало, теперь мой член по самые яйца в неё вошел, я даже головкой почувствовал, что до самого дна пи*ды достаю. Дернулся я несколько раз, уже готовый спустить в мать, но тут почувствовал, что задница матери тоже навстречу мне подымается в такт моим толчкам в ней, подмахивает, стало быть, да и руки её, которыми она меня обнимала, еще крепче меня к себе прижимают. Поначалу я трухнул малехо, но потом решил, что матери снится, что её трахают, вот и подмахивает мне, глаза то у неё закрыты были, правда сопела она уже по-иному совсем, прерывисто как-то. Возбужденный инстинкт переборол страх, я после секундного замешательства снова задвигался на матери, а она в так подмахивает мне и уже руками гладит мою спину. От таких нежностей и от мысли, что мать по-настоящему трахается со мной, меня и прорвало, засопел я громко и стал спускать в мать упершись головкой члена прямо в матку её, а мать в это время не прекращала подмахивать в такт подергиваниям моего члена. Кончил, перестал дергаться, лежу на матери расслабился, пытаюсь с мыслями собраться, слышу мать, как бы во сне тихо шепчет, "на пи*ду надо спускать, а не в неё", а затем еще как бы на последок так высоко подмахнула, глубоко нанизавшись на мой член и замерла.

Я быстро перевалился с неё лежу рядом ни жив ни мертв, отдышаться ни как не могу, а потом когда уже успокоился, мать снова зашевелилась, и тихо говорит, "ну все погрелся, иди спать к себе, а мне подмыться надо". Я к себе на кровать мать подмываться, мою сперму из себя вымывать, а я не долго еще заснул. На следующий день мать и виду не показала, что ночью со мной трахалась, все так и осталось на своих местах.

- И что больше не давала тебе. Ведь сейчас она не пьет? –

- Говорю же вам, это только начало было – проговорил Сашка, и продолжил – В тот же день бабка Нина-самогонщица померла. Мать неделю трезвой металась, раздражительная, злая, все не по её. Ей выпить хочется, алкоголизм, а взять не где, не пойдешь же двадцать верст за самогоном в соседние Смолянки.... Выходной день у неё был, с утра стирку затеяла, потом что-то по хозяйству хлопотала, а после ужина когда мы уже по своим кроватям разошлись спать, она и кличет меня, "что-то ты перестал мерзнуть, пришел бы меня согрел". У меня голова даже закружилась от такого приглашения, но дважды не заставил себя звать. Соскочил с кровати к матери на кровать. В темноте сразу не понял в чем дело, только когда уже лег рядом с ней тут только и почувствовал, что мать совсем голая лежит, даже без ночной рубахи, и сразу ко мне в объятия. Вы же знаете она у меня миниатюрная, небольшого роста, да и не такая уж полная. Обнял я её прижал к себе, горячую такую нежную, по телу даже мурашки побежали, а она опять шепчет в самое ухо, от чего мой член колом встал, "Ты бы потискал сиськи мне, да задницу погладил, чай я баба живая". Короче говоря, я не только её всю облапал с её позволения, но даже сосаться с ней в губы начали, а потом она меня на себя потянула, "Ну давай, войди, уже в протоптанную тобой", говорит, я и засадил ей. Трахались уже без всякого смущения, целовались в губы, а мать еще и громко стонала от приятного ощущения, а потом кончила раньше чем из моего члена сперма в неё полилась. Я было хотел вытащить спустить ей на пи*ду, как она говорила, но куда там, она как раз тоже спускала, вцепилась задницу высоко приподняла, и сквозь стон сладострастия просит " Спускай в меня". Долго её колотил оргазм, я уже кончил давно, а она еще судорожно тряслась на моем члене пока совсем из сил не выбилась, и даже сразу подмываться не смогла пойти, так и заснула голой с раздвинутыми ногами, словно пьяная была. Правда ночью я слышал как она вставала, подмывалась. С того дня недели две каждый день, а то и два раза в день, я трахался с матерью. Сейчас уже не так часто, но в неделю раза четыре пять кончаем вместе.