Первый опыт любви

Спать на общей кровати, вместе с тетей Линой, для Мишки было сущим наказанием. Во сне она круто выпячивает голый зад, которым плотно прижимает его к стене. От этого, он часто просыпается, отодвигается от нее, затем снова проваливается в сон, а потом, повторяется все сначала. Все было бы куда терпимей, если бы ему не было пятнадцать лет, и он бы не горел от невыносимого желания воткнуть член в ее такую доступную в время крепкого сна половую щель. Она, словно нарочно провоцирует его на это.

Сегодня, крепко выпив с подругой, разогретая алкоголем, она, по своему обыкновению, сняла всю одежду, после чего упав рядом с ним, мгновенно заснула, снова крепко притиснув его к стене. Не успев разоспаться, и от того бодрый, Мишка лежал рядом с ней, даже боясь шелохнуться. Ему было неловко и чертовски приятно оттого, что к его члену плотно прижимаются мягкие складки ее выставившихся из-под ягодиц мохнатых половых губ. От прикосновения к половому органу женщины, его член крепко напрягся, и с силой прижавшись к щели, почти всеь утонул в расщелине между ее податливо раздвинувшимися под его давлением половыми губами.

Почувствовав это, тетя Лина удовлетворенно замычала во сне и поерзала задом.

Болтая с подругой за выпивкой, она как-то призналась ей, что выпивши, она готова спать с мужиками, даже во сне. Алкоголь лишь усиливает ее желание. Очень часто муж Егор, захотев ее ночью, не будил, и частенько загонял, когда она крепко спала. Не просыпаясь, она подмахивала ему и даже кончала.

Слушая ее, тетя Зина, мельком взглядывала на Мишку, и возбужденно хохотала. Приходя в гости к подруге, она исподтишка щипала его, прижимала к груди и даже щупала сквозь брюки член.

Прижатый к стене, Мишка попытался отодвинуться от нее, но она недовольно заворчала и еще крепче прижалась к нему. Он неожиданно ощутил, что попал во что-то влажное и жаркое.

Тетя Лина сонно охнула и довольно покряхтывая, снова поворочала свлим задом. Мишка совершенно утонул в ней. Замирая от восторга, он уразумел, куда и во что попал его член. Она нечаянно напоролась на него половой щелью и, выходит, он глубоко сидит в пизде. Тетя Лина прижала его крепче и головка уперлась в дно. Довольно постанывая, она размеренно задвигала задом. Едва член касался дна, она коротко стонала и старалась прижаться еще крепче.

Рассудок Мишки, мгновенно помрачился. До этого, он не то что с женщиной, даже с девчонками еще ни разу не трахался.

Судорожно прижавшись к широкому заду женщины, он судорожно задергался, с силой выстреливая в нее струи спермы. На его стволе крепко сжалась горячая женская плоть. Женское влагалище, словно насос вытягивало из него семя. Очень ослабленный первым произошедшим соитием, он, мгновенно заснул и больше не просыпался.

Утром пришла тетя Зина и он проснулся от их громкого разговора и звяканье стаканов. Увидев безмятежное лицо тети Лины, он понял, что она совершенно ничего не помнит про случившееся ночью, между ними волнующее происшествие. Это мигом успокоило его.

Писая возле забора, он услышал за спиной шорох, и не успел обернуться, как за его эрегированный член крепко схватила сзади рука тети Зины.

- Давай, я тебе пописать помогу, - с улыбкой предложила она.

Краснея от смущения, он поспешил прервать это занятие. Вопреки стыду, его ствол сразу отвердел в теплых пальцах женщины.

- Наконец-то, я смогла пощупать его. Ишь ты, какой большущий! Что же ты милый прячешь от меня такое сокровище? – взволнованно спросила она, продолжая сжимать и жадно мять его в руке. Ее пальцы, ощутимо дрожали. Словно желая отряхнуть его, она несколько раз, туда-сюда, сдвинула на нем кожицу.

- Вот что миленький, пойдем-ка, пойдем-ка сюда, - таща его к сараю за член, жарким дрожащим голосом предложила она. Увлекая его в полутемный сарай, она внезапно спросила: - «Хочешь, меня?»

Мишка остолбенел. Конечно, он очень хотел ее.

- Да, хочу, - едва слышно ответил он. Его заколотило. Сейчас снова произойдет то, чего он очень хочет последнее время.

- Ты только не трезвонь-то, почем зря, что я раздобрилась к тебе, - горячо зашептала она. – Мне, дурная слава, ни к чему. Будешь хорошим мальчиком, я буду всегда рада тебе.

- Ладно, - дрожа ответил Мишка, понимая, что сейчас тетя Зина не шутит.

Она подняла подол и подвинув его к себе, крепко прижала. Его торчащий член мгновенно угодил в нее. Как и ночью с тетей Линой, он мгновенно почувствовал, что попал во влажные тиски ее влагалища.

- Я же говорила, ты уже настоящий мужчина, - взволнованно дыша, шептала она. – Ах миленький ты мой, аж до самого нутра достал! Не стой, пользуйся скорей, пока я щедрая, - попросила она и Мишка стремительно задвигал членом. Она слабо ахнула и крепче прижала его к себе.

Они оказались одного роста и Мишка удобно втиснулся между ее толстыми ляжками.

- Ты, Мишенька только не болтай-то про нас с мальчишками. Я, знаю, ты часто хочешь, возраст у тебя такой, чтоб хотеть все время. Так ты приходи ко мне ночью, как только захочешь, не стесняйся, а я уж всегда с удовольствием приголублю тебя. Договорились?

- Вы не обманываете меня тетя Зина?

- Да что ты Мишенька! Коли баба предлагает тебе такое, приходи без опаски, не обману. Я ждать тебя буду. А теперь миленький, проворнее двигай, пока Лина не пошла нас искать.

Под ее блаженное оханье и шумное дыхание, он до изнеможения задвигал ей, пока не кончил два раза. Тетя Зина оказалась очень возбудимой и слабой на передок, и опередила даже его. Наверное, тоже здорово хотела любви. Тихонько поскуливая, она жадно целовала его, лаская ягодицы горячими и изумительно нежными ладонями. Когда он кончил второй раз, она с облегчением вздохнула и опустив подол платья, заботливо натянула на него трусы с брюками.

- Ты Мишутка, - торопливо сказала она, - не стесняйся, обязательно приходи завтра ко мне, как стемнеет. Я дожидаться тебя буду.

- Так, тетя Лина начнет же искать меня, - огорченно напомнил он. – Потом спрашивать меня будет, где я шлялся. Что я тогда скажу ей? У нас же некуда ходить.

Она, коротко засмеялась.

- О ней, ты миленький, можешь не тревожиться. Я ей самогоночки принесу, она выпьет и крепко спать будет.

- Ты мальчишку мне не трогай. Знаю я, чего ты хвостом возле него крутишь. Сладенького ей захотелось, - ворчала тетя Лина, ставя на стол сковороду с шипящей жареной картошкой.

- Не ворчи подружка, давай-ка под картошечку с огурчиками.

Достав из сумки бутылку самогона, она со стуком поставила ее на стол. Метнувшись к шкафчику Лина достала стопки и налила самогона. Зина умела гнать его. Ее напиток, был всегда чистый, будто детская слеза.

- Ну, давай, выпьем, - забыв про увещевания, размягчено предложила она. Медленно выпив, они стали со вкусом закусывать хрусткими огурчиками.

- Ты, Линка не ворчи на меня за Мишу. Не бойся не съем я мальчишку. Ничего с ним не случится, если и попробует бабьих ласк.

- Не рано ли ему?

- В самый раз. В пятнадцать лет можно. Мужик уже.

- Дай ему хоть женилку, как следует отрастить.

- Ты когда с ним последний раз вместе в баню ходила?

- В прошлую неделю.

Вспомнив свои впечатления Лина хмыкнула. Моясь с ним, она примечала его возбуждение, втайне восхищалась могуществу его крупного органа, но не хотела признаваться в этом подруге. Обрабатывая мочалкой ее спину, он касался им ее зада и испуганно отдергивался, а ей это было приятно. Его горячие прикосновения волновали ее, будя в ней женщину.

Моясь с ним, она как бы видела себя его глазами. Молодая, двадцативосьмилетняя, располневшая от безмужней жизни женщина с упруго торчащими налитыми шарами грудей. На которых, выступают крупные, возбужденно сморщенные соски. С выпуклым, девичьи подобранным животом, не разу не рожавшей женщины. С толстыми бедрами, плавно переходящими в полные, не сходящиеся в промежности ляжки, и объемный зад с четко ...раздвоенными шарами крупных ягодиц. Она часто перехватывала его украдчивые взгляды, которые он жадно бросал на толстый мысок под ее животом, пожирая взглядом виднеющуюся под густыми волосами половую щель. От этих чисто мужских взглядов внизу живота возникали возбуждающие волны и наполнялось влагой.

Зина была не первая, когда подумала о нем, как о годном для постели и бабьих утех, мужчине. Она сама несколько раз грешила этим, особенно в последнее время. Да и выпивала только для того, чтобы не было невыносимо тяжело без мужских ласк, особенно если рядом с тобой, прижимаясь к голому заду, лежит почти готовый мужик.

- Видела уже небось, его женилку?

- Видела, так что? К чему ты клонишь?

- Не маленькая уже небось?

- В самый раз для мальчика его возраста. А ты то откуда знаешь? – с подозрением спросила она. – Или успела проверить уже?

Зина, смутилась.

- Не слепая, вижу, какой он. По возрасту его сужу. Не маленькая должна уж быть. Ты бы видела, какими глазами он смотрит на меня.

Зина, хохотнула.

- Отлично представляю. Но, не осуждаю. Его понять можно. В его возрасте, когда все время хочется, видеть перед собой роскошное тело молодой женщины, которая лопается без мужика. Скажи спасибо, что не кончает, глядя на твое сокровище. Другой бы наверняка кончил, а он смотри, держится при тебе. Значит, уважает тебя, стесняется, боится обидеть.

- Да, какая ж тут обида? Я бы поняла и не осудила его за это.

- И не надо, Лина. Должна ведь понимать, как трудно ему рядом с тобой. Хочет ведь страшно.

- Ты так думаешь?

- Неужели сомневаешься еще? – с удивлением осведомилась подруга.

- А я сплю рядом с ним без трусов, голая совершенно. Жалко ведь последние снашивать. Поехать в район, или в город, не без трусов же?

- И, что? Не разу не попробовал засунуть во сне?

- Да нет, вроде. Я бы обязательно почуяла, - неуверенно отозвалась Лина.

- Знаю я, как ты можешь почуять. Ты бы может и почуяла, если б на тебя сверху, на сонную мужик взобрался, а сзади, да если ты выпивши, как сейчас, тебя можно сколько угодно ублажать, ты даже не проснешься.

- Это точно.

Лина задумалась, потом порозовев лицом, спросила у подруги: - «Ты думаешь он мог, а я не слышала?»

- Какая тебе разница? Что от того, если и мог? Я тебе это к тому говорю, что рядом с тобой настоящий мужик мается, а мы без мужика пропадаем. От него не убудет, если и потрудится немного, да и полезно ему, коли немного дурную кровь приутишит.

- Ох, Зинка, не знаю я.

- Давай-ка подружка выпьем, под самогоночку то, все гораздо легче решается.

Они выпили.

- Ты вот вспомнила о бане, у меня даже тело зазудилось, так хочется помыться, - призналась Лина.

Зина оживилась.

- Я бы тоже с удовольствием помылась с тобой. Так кто же нам мешает помыться? Давай, попросим Мишку истопить баньку, вот и вымоемся всласть.

- Миша!

- Что тетя Зина?

- Иди-ка, милый, затопи баньку. Сделай милость. Мы с тетей Линой захотели помыться.

- Сейчас.

Суетясь в бане, Мишка понимал, что сегодня ему предстоит выдержать экзамен на звание настоящего мужика. Один, он уже выдержал, а вот второй, самый главный, пожалуй поможет ему стать им по-настоящему.

Когда в бане разлился парной жар, он пришел к женщинам. Готовясь мыться, они оставили застолье и припасли нижнее белье. Он сразу заметил майку и трусы для себя.

- Мишенька, потрешь мне спину? – ласково спросила тетя Зина.

- Придумала ты Зинка. Мы вымоемся, потом он сходит.

- Еще чего! Кого нам стесняться то? Миши, что ли? Пусть с нами идет. Я ему спинку потру. Пойдем с нами Мишенька, не обращай на нее внимания.

Тетя Лина промолчала.

Отвернувшись от него, они сняли платья. Из-под коротких нижних рубах, обольстительно выглядывали белые холмы их крупных ягодиц, круглящихся над толстыми ляжками полных ног. Оглянувшись на него, Зина игриво улыбнулась и сняв рубаху обнажила располневшее полногрудое тело.

Покачивая тяжело отвисающими грудями, женщины наполняли тазы водой, добавляя в нее для аромата пучки пахучих трав. Вытащив раскисший травяной букет, Лина подвинула таз.

- Мойся Миша.

Сев на лавку, Мишка стал мыть голову. Отобрав мыло, Зина молча наклонила его над тазом и стала намыливать волосы не смущаясь, что ее бедра и все женские прелести открыты его взгляду.

Словно не замечая этого, Лина приготовила воду и распустив густые волосы, стала мыть их в сдобренной травами воде. Когда она намылила голову и стала смывать мыло, пользуясь этим он погладил Зину по половой щели. Раздвинув ноги, она быстро сжала ляжками его шаловливую руку. Сняв с лица мокрые волосы, Лина заметила это, но сделала вид, словно ничего не заметила. А Зина, не слишком скрывалась от нее. Когда подруга отвернулась, она подставила Мише свою половую щель и, поняв, что тетя Лина не сердится на его вольности, он начал ласкать женщину.

Помыв его, она растянулась на лавке.

- Теперь ты поухаживай за мной, мужчина. Намыль и помой, хорошенько меня.

Поначалу он стеснялся, тети Лины, но, понемногу осмелев, начал мыть Зинаиду, старательно намыливая ее грудь, бедра, ноги. Она раздвинула ноги, и он со страстной дрожью принялся намыливать ей промежность. Улегшись на соседнюю лавку, тетя Лина закрыла глаза и словно бы задремала.

Отодвинув его руку, Зина прошептала ему: - «Иди, помой хозяйку»

Он подошел к тете Лине, и с робостью прикоснулся к ее плечу намыленной рукой.

- Давай, я тебе помогу помыться.

Она, промолчала. Он тщательно намылил ее плечи, потом, секунду помедлив, упруго колышущиеся шары большой груди. По щекам женщины разлился румянец удовольствия. Она расслабленно вздохнула и, раскинув руки, открыла перед ним низ живота. Он впервые увидел толстый мысок волос, слегка прикрывающих нежно сомкнутые половые губы, с убегающей книзу длинной расщелиной.

От его нежных прикосновений мягкая грудь женщины туго поджалась, крупные соски возбужденно сморщились. Лина не смогла скрыть, что ей приятны его ласкающие прикосновения. Ее выпуклый живот, трепетал под его скользящими ладонями, а когда он решился прикоснуться к его низу, у нее непроизвольно перехватило дыхание. Заметив это, он хотел отдернуть руку, но она задержала ее. Поняв, что и это ему дозволено, не скрывая вожделения, он принялся откровенно ласкать ее половые губы. Они наполнились кровью, налились, бедра женщины затрепетали, и когда он коснулся кончиком пальца клитора, она издала едва слышный стон блаженства.

Решившись на смелость, он сел на ее ляжки и с подсознательно угадывая ее желание, стал чувственно оглаживать ее тело. Потянувшись к холмам ее обольстительных грудей, он уперся членом в расщелину между ее губами, ляжки женщины раздвинулись и, продолжая ласкать ее груди, содрогаясь, вошел в нее. Обхватив его руками, она подтащила его выше, и он до основания, окунулся в ее влагалище. Страстно желая ее, он передвинулся еще выше и почувствовал, как на члене судорожно сомкнулись стенки ее лона.

Лаская ее грудь и живот, он одновременно двигал членом. Лежа с разгоревшимися от удовольствия щеками, Лина блаженно закрыла глаза. Она не пожалела, что позволила ему воспользоваться ею, как женщиной. Его член вполне соответствовал ее половому органу, и она поняла, что с этого времени, они с подругой, уже не будут переживать чувственный голод.

Проснувшись утром, Миша вспомнил, как они легли спать, после чего он, по очереди, ублажал женщин. Правда, его сил хватило всего лишь на два раза, но они даже этим были очень довольны. Зато он, едва кончил второй раз, заснул прямо на тете Зине.

Тетя Лина начала усиленно откармливать его, словно готовила на убой. Он понимал, что она хочет, чтобы он скорей по-мужски окреп. Ложась с ним спать, она никогда не просила его приласкать себя, лишь по-прежнему не одевая ...трусы, молча подставляла ему горячий зад с выпяченными наружу половыми губами. Но его просить как раз было не нужно. Едва они ложились, он прижимался к ней и осторожно касался членом ее половых губ. Тетя Лина вздыхала и начинала беспокойно ворочать задом, добиваясь, чтобы его член попал в половую щель. После двух-трех его движений, она начинала подмахивать ему и тогда он уже без стеснения, засаживал ей. Если он хотел второй раз, то клал руку на ее полное плечо и, перевернувшись на спину, она нежно привлекала его к себе. Ее пьянящие поцелуи сводили его с ума, и он с жаркой страстностью любил ее, то, целуя, то, покусывая возбужденные соски. А затем, нежно обнявшись, они засыпали.

Любовь тети Лины росла с каждым днем. Завидев его, она радостно вспыхивала и смущаясь, подходила к нему, глядя на него сияющими любовью глазами.

Мишу мучила вина перед ней, потому что, кроме нее, он с такой же знойной страстью любил тетю Зину. Стремясь, лишний раз не огорчать Лину, пользуясь темнотой, он тайно навещал соседку. Лина видела это и ценила его деликатность.

- Я знаю, ты ходишь к тете Зине. Не беспокойся насчет меня, и не скрытничайте. Я не ревную тебя к ней, хотя, очень крепко люблю. Она, моя самая близкая подруга Мишенька и она так же, как я, очень одинока. Так что ходи к ней смело, не опасайся.

- Спасибо, тетя Лина.

- Я тебе не тетя Мишенька, а твоя женщина, жена. Сплю вот с тобой, как с мужчиной, так что называй меня по имени. Мне так тоже удобней будет.

- Хорошо, Лина.

Она поцеловала его и прижала к своей груди. С привычной страстностью он нащупал ртом ее сосок.

04.11.2004